Кресло парикмахера

В парикмахерскую шли с журналом или с описанием словами, и второе работало лучше — журнал всё равно оказывался позапрошлогодним.

Записи не было, была очередь. В очереди узнавали новости района, потому что кресло парикмахера всегда стояло ближе к источникам, чем любая газета.

Мастер выслушивал, кивал и делал то, что умел. Совпадение с задуманным случалось, но воспринималось скорее как удача, чем как норма.

Разговор во время стрижки был обязателен и подчинялся правилам: сначала о погоде, потом о работе, ближе к концу — что-нибудь личное, но не слишком.

Момент, когда мастер подносил зеркало к затылку, был кульминацией. Полагалось посмотреть, ничего не понять и удовлетворённо кивнуть. Возражать на этой стадии было уже поздно.

Домой возвращались слегка другим человеком. Первые два дня новая голова казалась чужой, потом привыкали и начинали ею гордиться.