Кот на подоконнике

Кот в те годы заводился сам. Приходил во двор, выбирал подъезд, потом квартиру — и с какого-то момента считалось, что он тут живёт.

Кормили его всем двором и каждый по-своему, из-за чего к трём годам кот приобретал формы, несовместимые с охотой. Охотиться он и не собирался: должность была другая.

Место у него было одно и обсуждению не подлежало — подоконник, батарея под ним, солнце с двух до четырёх. Согнать его оттуда не удавалось никому, включая тех, кто искренне пробовал.

К гостям он выходил не всегда. Выход считался знаком расположения, и хозяева пересказывали это потом как достижение: мол, вышел, посидел, ушёл — значит, компания приличная.

На все семейные события кот реагировал одинаково: приходил в комнату, укладывался ровно посередине происходящего и засыпал. Это действовало успокаивающе на всех присутствующих.

Прожил он, по общему мнению, долго и достойно, ни разу за всю жизнь не сделав ничего полезного. За это его и любили.